Бабуля: II глава "Сказки-рассказки"

Оттиск в руках затрещал от старости и начал рассыпаться, словно песок сквозь пальцы. В воздухе усилился запах затхлости и плесени.

— Что это за авторы и о чём были их истории?

Астора кивнула, будто ждала этого вопроса. Потом внимательно посмотрела на бабку. Какая-то мысль промелькнула в её глазах, но девушка лишь тихо начала своё повествование.

— Храм – очень талантливый гравёр по кости. Он рисовал историю про маленького принца, что шёл через поля, за границу, и никто не знал зачем. Роширо – ритмичный дух-барабанщик. Его история была о парне Самсоне, который шёл по длинному странному коридору к тусклому свету. Каждый кадр как удар. Тюлеген… О, Тюлеген был невероятно талантливым смотрителем старых арен. Он записывал истории, которые хранили деревянные полы и выцветшие линии разметки. Его рассказ был о двух друзьях, Рохуро (испр. ибо бипает) и Риото. Они шли к вершине вместе. Но первое поражение в финале сломало Риото, и он решил больше никогда не участвовать.

Девушка снова замолчала, задумавшись. Бабуля нетерпеливо ждала рассказа об авторе с интересным именем. Её очень увлекли эти истории.

— А как же Кальмар? Странное имя для вашего мира.

Астора улыбнулась — этот автор запомнился больше всех именно своим неповторимым юмором.

— Кальмар – это хохочущая тень с восемью руками. Она рисовала так, что весь лес дрожал от смеха. Её история о Валере — настоящей горе мышц. С ним вечно что-то случалось: эпичные бои, чудовища, мистика. Он действительно был непобедимым или это игра чьего-то воображения?

Бабка хмыкнула.

— Или всё-таки игра воображения?

Девушка пожала плечами.

— Кто теперь знает. Чернила высохли.

— У вас действительно мир, как у нас, только с магией. Как же интересно у вас было.

— Было, — тихо повторила Астора.

И снова погрустнела.

Возможно, бабка не до конца понимала, как её решение избавиться от мира повлияло на всё живое. Но, слушая Астору, она не могла отмахнуться от проклёвывающегося чувства вины. Вот этими дряхлыми руками бабка уничтожила целую вселенную, у которой была своя жизнь, своя история. Не только эти существа. Весь мир был живым. А она так легко распорядилась его выключить, словно надоевший телевизор. Наказание?

Бабуля смотрела на погибающий лес и желание спасти от повторной гибели зрело маленькими ростками. «И ведь всё равно интересно, чем там у Валеры закончилось. Хоть одна история должна дожить до конца». Последняя мысль была грустной, но она ей улыбнулась.

— Расскажи о своём мире, о себе.

Девушка внимательно посмотрела на сморщенное лицо старушки. Она увидела, как в глазах что-то мелькнуло — маленькая, словно заноза, боль. Мелькнуло и погасло.

Бабка не могла собраться с мыслями и начать своё повествование. Она думала. Сомнения читались на лице: стоит ли говорить обо всём? Или промолчать, чтобы потом сказанное не обернулось против неё? Она была старая, но не сумасшедшая. Этот мир хоть и прекрасен, но чужероден и таит в себе много неизведанного.

— Я…  Я получила слишком много, но пользовалась этим бездумно. А ведь могла бы уже спокойно лежать в земле или сидеть на облаке с ангелами. Бог его знает, что там положено.

Лицо Асторы вытянулось. Она явно не поняла, о чём говорит старуха, и в глазах у неё застыл вопрос.

— Слишком много это чего?

Астора прищурилась.

Бабка напряглась и сделала паузу.

«Не скажу. Не сейчас».  

— В моём мире нет магии. Нет магического леса, ведьм, заклинаний.

Астора лишь пожала плечами.

— И даже не удивишься тому, что магии где-то не существует?

— На моём веку я видела куда более невероятные вещи, чем отсутствие магии. Но по-настоящему мне интересно, как ты попала в наш мир, если твой — обычный?

Бабка решила. Она не будет рассказывать о своей силе. По крайней мере, не сейчас.

— Не могу точно сказать. В какой-то момент моё желание воплотилось в жизнь. Реальность засосала меня в воронку — и вот я здесь.

Астора кивнула, но было видно: ответ её не удовлетворил. От неё не скрылось, что бабка о чём-то умолчала.

— Воронка, значит, — задумчиво повторила она.

Она смотрела на бабку ещё мгновение, потом перевела взгляд на мёртвые ветви.

— Когда я погрузилась в твой разум, то видела отрывки картин. Куда ты держала путь?

— Что ты ещё видела?

Вопрос был задан даже для бабки с непонятными эмоциями. То ли она хотела понять, с чего начинать, то ли забоялась, что Астора могла увидеть больше положенного.

— Обрывки воспоминаний. Камень-дракона, добрую ведьму, злого короля и черную пустошь. Я увидела наш мир, но он отличается от нынешнего.

— Что ты имеешь в виду?

Бабка насторожилась. Просто так Астора не назвала бы ведьму доброй.

— Сложно будет объяснить, что изменилось. Я уверена, твои видения реальны, но они слабо перекликаются с этим местом. Так куда ты держала свой путь?

— Я попала сюда, как рыцарь, который должен найти артефакты и не дать печати сломаться.  

Друид на миг замерла. Потом в её глазах появился страх и стальной блеск.

— Печать от демонов Хаоса?

В этот момент бабуля поняла: Астора видела не всё. И уж точно не могла понять увиденное однозначно. То, что друид обвинила её, говорило лишь о том, что погибель как-то связана с её возвращением. Девушка и не догадывалась, что именно бабка лёгкой рукой и с барского плеча уничтожила ту версию мира.

— А я смотрю, ты знаешь о чём речь.

Астора лишь сильнее сжала посох. Наконечник вспыхнул ярким зелёным огнём и тут же погас.

— Неужели это правда? Лес шептался, что грядёт что-то страшное и что печать Демонов ослабнет и они прорвутся в этот мир.

Очень осторожно, выверяя каждое слово, бабка пыталась преподнести историю так, чтобы не было за что зацепиться.

— Это не просто правда. Я знаю, как предотвратить разлом печати.

Глаза друида впились в лицо бабули. Всё тело напряглось, будто в ожидании удара.

— Что случилось в той версии мира, раз ты вернулась обратно?

Опасный вопрос. Внезапный холодок пробежал по спине. Она судорожно пыталась придумать ответ. Как ей сказать, что произошло тогда? И врать было бы не лучшим вариантом. Она цеплялась за мысли, пытаясь нащупать ту версию правды, которая рассказала бы достаточно, без погружения в детали.

— Я не могу сказать, что что-то пошло не так. Удача отвернулась от меня и для чего-то вселенная вернула в начало пути. По крайней мере, я знаю, где добыть артефакты и как обезвредить печать демонов. Полагаю, ты заинтересована в помощи мне? Раз я тут заперта и знаю, что делать, то мы можем спасти этот мир вместе.

Девушка ненадолго замолчала, обдумывая предложение. Взгляд переместился на то, что осталось от волшебной мастерской.

— Что ж, мы нужны друг другу. Я помогу тебе.

Друид поднялась и двинулась к выходу. Бабка засеменила следом. Они вышли наружу. Астора то и дело бросала взгляды на почерневшие деревья и траву. Они печально шелестели, как будто оплакивали её уход. Неизвестно, сколько лес проживёт без её лечения, но в этом было негласное принятие. Всё живое понимало: нужно спасать мир. Потому и отпустило её — с печалью, но с пониманием.

— Чем ты занималась в своём мире?

— Чем может заниматься бабка моих лет? Доживала свою старость. Хотя, в молодости мечтала кем только не стать, и я старалась ухватиться за интересные занятия и много чего умела, а потом… Потом случился этот мир.  

Бабка будто бы обвиняла этот мир своим тоном, хотя именно она и пожелала сюда попасть.

— А семья?

Семья? У бабули была когда-то семья, но все они покинули тот мир и свои деньки она проживала в одиночестве, но в окружении кошек.

В горле запершило.

— Сорок их было.

Астора переспросила.

— Сорок?

— Сорок кошек – моя семья.

— Как они без тебя?

Вопрос словно стрела пронзила бабкино и без того слабое сердце.  

— Надеюсь, с ними всё хорошо.

Только и проговорила грустно бабуля.

Бабка и не заметила, как под ногами оказалась коряга. Шлёпнулась с такой силой, что хруст суставов разнёсся далеко вокруг. Перекатившись кубарем и уткнувшись носом в мох с плесенью, она закряхтела. Из кармана выпал амулет и зажегся ярким красным светом. Астора замерла и подняла амулет.

— Откуда он у тебя?

Устало отряхиваясь от грязи, бабка ответила:

— Да в замке нашла.

Помогая подняться, девушка вернула амулет. Задержала взгляд на нём, но ничего не сказала.

«Это слишком сильное совпадение, чтобы такая вещица оказалась у неё. Как будто бы сам мир переживает за бабку и не хочет, чтобы та погибла раньше срока.» Эта мысль осталась внутри Асторы.

— Куда мы сейчас?

— К ведьме. У неё должна быть карта.